Иван (kottoblog) wrote,
Иван
kottoblog

Categories:

Книга "Штурмовка", пролог

- Петя, ложись уже спать!
- Деда, ну можно еще десять минут поиграть?
- Десять минут закончились еще пол часа назад. У тебя контрольная завтра!

В комнату к внуку вошел высокий подтянутый мужчина. Ему шел уже седьмой десяток, но выглядел он гораздо моложе своих лет. Да и благородная седина лишь тронула виски. Он подошел к столу, где стояла вершина технологий - персональный компьютер, на котором внук играл в симулятор вертолета LHX. Мужчине нравилась эта игра гораздо больше примитивных стрелялок, типа Wolfenstein и он, нехитрыми манипуляциями, переключил интерес внука на нее. Да так, что теперь его и не оторвать.

- Ну вот, меня сбили!
- Вот и хорошо! А теперь спать!
- Что же хорошего? Я ведь проиграл.
- Ничего, завтра наверстаешь.
- Дедушка Даня, а тебя в войну сбивали?
- Было дело, - вздохнул мужчина.
- Ух ты, здорово!
- На самом деле, ничего здорового, - серьезно сказал Даниил и добавил, - Страшно это. Очень страшно.
- А почему ты с парашютом не прыгал?
- Не всегда высота позволяет, Петя.
- Дедушка, а расскажи! - внук уже лежал в кровати и приготовился слушать.
- Ну ладно. Дело было в сорок третьем году...


Погода выдалась на удивление хорошая: теплый летний день, на небе ни облачка. Четверка Илов неслась над лесом в сторону фронта. Настроение у Котова было приподнятое и боевое. Во-первых, когда ярко светит солнышко, то на душе всегда веселее и спокойнее и даже не верится, что в такой хороший день может случиться что-то плохое. Во-вторых, цель боевого вылета была довольно легкая - атака немецкой колонны. Ни сильного зенитного огня, ни истребителей не ожидалось. Ну, и самое главное, это был первый раз, когда комполка назначил Котова ведущим группы. Четыре самолета, конечно, не так уж и много, но тем не менее даже это большая честь и, в то же время, ответственность. Раньше он летал ведомым и проблем не было никаких: смотри себе, что делает ведущий и повторяй за ним. А теперь надо проложить маршрут, которым вывести группу на цель, выбрать высоту, связаться с истребителями прикрытия, с наземными станциями и кучу всего остального. И, в то же время, надо не забывать самому метко стрелять по врагам. Но Котова сложности не пугали - он давно об этом мечтал. Хотя нет, мечтал-то он быть комполка или, хотя бы комэском, а ведущий группы было для него лишь шагом на пути к мечте.

В этом вылете их четверку должна была прикрывать пара Яков. С минуты на минут они должны были присоединиться. Котов внимательно глядел на землю, на планшет, снова на землю и зорко следил, чтобы группа шла именно проложенным маршрутом, никуда не отклоняясь. Их полк воевал в этих краях довольно долго и он знал тут каждый куст. Обычно на вылетах даже в планшет не смотрел, но сейчас дело совсем другое, ведь Котов уже не обычный летчик, а целый ведущий! Потому, от греха подальше, лучше перестраховаться. Он решил, что должен провести этот вылет идеально и точка. Чтобы комполка это заметил и оценил. Глядишь, станет Котов регулярно водить четверку. А там и до зама комэска недалеко.

Его размышления прервал голос стрелка: "Командир, слева истребители!" Первая мысль, пронесшаяся в голове Котова была: "Блядь, Мессеры!" Но уже через секунду он понял, что это, скорее всего, свои истребители прикрытия. "Иосиф, наши?" - уточнил он у стрелка. "Да, Яки, кажись." Котов оглянулся и увидел знакомые и родные силуэты. "Привет, горбатые!" - раздалось в эфире приветствие от пары Яков. "Здорово, маленькие!" - радостно поприветствовал их Котов. И на душе стало еще спокойнее. Теперь его группу защищают не только четыре крупнокалиберных пулемета стрелков, но и два скоростных истребителя и уж, случись что, они дружно ввалят фашистам по самое не горюй.

Внизу показалась линия фронта, значит надо связаться с наземной станцией: "Земля, Земля, я Рысь, иду на цель 31. Подтвердите." Через несколько секунд Котов получил ответ: "Рысь, я Земля, цель подтверждаю." Ну все, значит точно идем на колонну, никаких изменений.

До цели оставалось около 7 минут и Котов скомандовал в эфир: "Делаем горку" и потянул штурвал на себя. Тяжелый штурмовик медленно, будто нехотя, стал набирать высоту. Прошло несколько минут и стала уже видна гитлеровская колонна. Котов навскидку оценил, что длина ее не меньше трех километров. Чего в ней только не было - и грузовики, и бронетранспортеры, и танки. Было даже несколько конных телег. Наступил тот самый момент, когда надо вводить группу в атаку. Котову было очень непривычно приказывать. Он слышал много раз, как это делали другие, но сейчас надо отправлять группу на штурмовку самому и первому же идти в атаку. Казалось бы, он штурмовал не только колонны, но и аэродромы, и станции. И зенитки по нему стреляли, и истребители на него бросались - ко всему уже привычен. Но когда ты ведомый, то тебе не надо думать, когда начинать: приказали, отправил самолет в пикирование и понеслась. Дальше уже все пойдет на автомате. А теперь надо сделать этот первый, самый тяжелый, шаг самому. И распорядиться не только своей жизнью, но еще и жизнями трех экипажей. Котов собрался и скомандовал в эфир: "Первый заход бросайте бомбы с горизонтального полета, дальше встаем в круг и штурмуем всем, что есть. Бомбами и эрэсами цельтесь в танки, их уничтожайте в первую очередь." Командой он сам оборвал свою нерешительность и повернул самолет на колонну, заходя со стороны ее хвоста. В этот момент все посторонние мысли покинули голову и для него остались только он со своим самолетом и фашисты, которых надо уничтожать. Колонна становилась все ближе и ближе, он уже разобрал, что танки - это немецкие четверки Pz-IV поздних модификаций. Котов прицелился и постарался сбросить бомбы на первый танк с хвоста. Дернул за аварийный сброс и бомбы со всех подвесок разом полетели вниз. Чем-нибудь, да накроет, гада. "Командир, танк в куски!" - радостно закричал стрелок. Пустячок, а приятно. Сзади послышались разрывы бомб его группы. В эфире понеслись привычные фразы:
- Получи, сука!
- Нихера себе его разорвало!
- Второй танк в куски!
Котов улыбнулся. По этим комментариям стало ясно, что группа отработала бомбами вполне удачно. Конечно, такое вольное использование эфира не есть хорошо, но он прекрасно понимал, какое радостное возбуждение переполняет летчика после удачного попадания. А под действием адреналина настрой такой, что хочется просто орать и материться.

Котов начал заводить Ил влево на второй заход и в этот момент самолет тряхануло. "Что за хрень?" пронеслось у него в голове. Противовоздушной артиллерии он не видел, истребителей тоже. Глянул влево на колонну и понял, в чем дело. Два прицепа к грузовикам были ни чем иным, как зачехленными двадцати миллиметровыми зенитками - самым опасным оружием для штурмовика. Так как Котов атаковал с хвоста колонны, а зенитки были в начале, то шустрые немцы успели их развернуть и уже начали обстрел. И, судя по тому, как дернуло самолет, обстрел был очень даже удачным. Но, вроде, все в норме - машина слушается. "Вася, сейчас в заходе проходим до головы колонны и валим зенитки. Первую я точно сниму, вторая - твоя. Остальная группа штурмует колонну. После этого захода - в круг." Котова одолевала злость, что не увидел зенитки и не уничтожил их с первого захода, обрадовавшись беззащитным танкам. В голове была одна мысль: "Хоть бы никого не сбили!" Такой жестокий просчет в первом же ответственном вылете вывел летчика из равновесия и он решил, что сейчас точно уничтожит зенитку. Вот он снова заходит на колонну, теперь уже с пикирования. Сбросил газ, пошел вниз. Весь мир для него сузился до размеров этой зенитки и двух солдат в серых шинелях, которые копошились рядом с ней, перезаряжая. Вот она, родимая, ближе и ближе. Котов нажал на спуск и четыре реактивных снаряда, слегка колыхнув самолет, понеслись в цель. И, до кучи, прошелся по колонне из пушек с пулеметами. Дернул штурвал на себя, газ на полную и начал выводить самолет из пикирования. И в это время услышал, что Иосиф на выходе еще и из своего крупнокалиберного пулемета обработал колонну, чтобы враг не расслаблялся. "Иосиф, зенитка горит?" - крикнул стрелку. "Да, командир, четко." Через несколько секунд в эфире раздался радостный крик его ведомого "Даня, вторую я поджег!" "Молодец, Вась!" - похвалил его Котов. Ну все, теперь опасность миновала и можно спокойно заниматься методичной работой - уничтожением фашистов. Группа начала выстраиваться в круг. Котов дошел до хвоста колонны, развернулся, перевел самолет в пикирование и начал штурмовку колонны.

Ил-2 - мощнейший самолет: две пушки, два пулемета создают такой шквал огня, который не дает шансов на выживание никому. Только броня танков может спасти от "Черной смерти", как звали их фашисты. И ощущение этой мощи, которая слушается и повинуется любому твоему движению, пьянит и заводит. Котов давно заметил, что на штурмовке тяжелый, ленивый и неповоротливый Ил как-будто просыпается и оживает: становится быстрее, маневреннее, четко и мгновенно отзывается на любое движение штурвала. Котов долго думал - в чем же дело? Вроде та же машина и такая разница. А все просто: его Ил - он ведь тоже живой. У каждого самолета своя задача: истребитель делается для скоростных полетов, маневрирований, заходов в хвост врагу. Бомбардировщик - чтобы ощетинившись пулеметами и, отбивая атаки истребителей, донести свой смертоносный груз и сбросить на цель. А у штурмовика задача другая. Он создан для этого короткого мига, когда заходит над целью, поливает ее огнем и выходит. Лишь в этих секундах весь смысл его существования, ради них он сделан и в них живет. А долгие полеты по маршруты - это не его, скучны они самолету. И никогда у Котова не было проблем на штурмовке: двигатель не перегревался даже с опущенной бронезаслонкой радиатора, управление не отказывало и после тяжелых повреждений. Казалось бы, не должен уже после такого самолет слушаться, а лететь может только в одном направлении - к земле. Ан нет. Доносила его ласточка Котова аж до самого аэродрома. И понял он, что так самолет благодарит его за подаренные мгновения настоящей жизни. Бывает, летит Котов на цель, слышит, что в моторе что-то не то. Показания приборов в норме, но отлетав много часов такое начинаешь слышать сразу. А заходит на цель и все сразу же пропадает. Выздоравливает самолет в бою и упивается им, забывая обо всех своих болячках. Прямо как человек. И если самолет свой любишь, то дашь ему пожить подольше в эти мгновения. Не всегда выдаются такие штурмовки, когда никакого сопротивления, стреляй, как по мишеням. Так пользуйся этим и самолет не обижай, для него ведь в этих мгновениях вся жизнь. В них гадкий неповоротливый утенок, прозванный обидной кличкой "горбатый" превращается в прекрасного лебедя. Подари ему лишнюю минуту жизни. И он тебя отблагодарит - не откажет управление в трудный час, двигатель не забарахлит, а броневым телом своим надежно тебя защитит от любых снарядов. А если и сам погибнет, то тебя точно спасет. И сейчас Ил с бортовым номером 13 и Котов - одно существо с общей целью - крушить и убивать.

Один заход с бомбами, четыре захода с эрэсами и пушками, пора бы и честь знать. "Собираемся и уходим, не отставать!" скомандовал Котов в эфир. "Может еще заход, командир?" - попросил ведомый. "Выполнять приказ!" - скомандовал Котов. Всем хотелось настрелять побольше фашистов, но задерживаться не стоит: и так поработали на славу. Все летчики были с опытом, поэтому группа собралась быстро и двинулась в сторону аэродрома. "Молодцы, горбатые! Хорошо отработали!" - раздалось в эфире. Это истребители, кружившие все время штурмовки рядом, похвалили. "Благодарю!" - отозвался Котов. Увлекшись штурмовкой он уже и забыл про зенитки. А вдруг кого из группы подбили? "Доложить о состоянии самолетов!" - скомандовал он в эфир.
- Повреждений нет.
- Самолет исправен.
- Заклинила правая пушка. В остальном самолет исправен.
"Дима, фотоконтроль сделал?" - спросил он последнего летчика группы, на которого в этом вылете была возложена важная задача. "Да, командир, все в порядке." Котов начал прикидывать: группа цела, колонна почти полностью уничтожена, результаты работы сфотографированы, ничего не забыл, все сделано хорошо. За такое точно должны похвалить. И настроение его улучшилось.
- Командир, справа четыре истребителя!
Солнышко светит, до линии фронта оставалось 10 минут. Эх, быстрее бы приземлиться. Ведь после этого он лично пойдет на доклад к самому командиру полка, как настоящий комэск! Красота!
- Командир, немцы справа!
За своими радостными размышлениями Котов не сразу понял, что ему говорил стрелок. Оглянулся - правда четверка мессеров. А он уже обрадовался, представлял свой гордый поход на командный пункт полка. "Строй плотнее! Справа истребители!" - закричал он в эфир и повел группу на снижение. Пара Яков бросилась на перехват фашистам. Быстрее бы фронт пересечь. Котов глянул вверх - там в смертельном танце кружились истребители. И вдруг раздался взрыв и краем глаза он увидел летящие осколки. "Командир, нашего сбили" - сдавленно сказал стрелок. До линии фронта оставалось 7 минут и вот оно, спасение. Котову совсем не хотелось ввязываться в бой со скоростными шакалами. Он уже понял, что второй Як, увы, тоже не жилец и надо готовиться к тому, что сейчас вплотную займутся ими. Он повел самолет еще ниже, над самым лесом, практически цепляя вершины елей. В воздушном бою неуклюжий Ил имел мало шансов против скоростных мощных истребителей, потому надо было создать им максимальные неудобства. Пусть атакуют сверху, подставляясь под пулеметные очереди стрелков. "Вот твари, второго сбили" - крикнул стрелок. "Пиздец" - подумал Котов. Оглянулся и увидел - четверка мессеров в сером камуфляже неслась уже к ним, заходя сбоку. Хитрые, суки, знают, где Ил беззащитнее всего. "Плотнее строй! Стрелкам приготовиться, враг справа!" - крикнул он в эфир и со злой решимостью приготовился к бою.

Одна пара истребителей отделилась и начала заходить с хвоста. Послышались очереди кормовых стрелков, пытавшихся отогнать стервятников. Котов увидел перед собой трассы пуль и самолет слегка тряхнуло - несколько пуль он поймал своим бронированным корпусом.
- Иосиф, жив? - спросил пилот стрелка.
- Да, командир, все хорошо.
То ли немцы были уверены, в своей безнаказанности, то ли не хватило опыта, то ли просто ошиблись, но после атаки они не отвернули, а промчали над Илами и выскочили прямо перед самолетом Котова. "Ай ты мой хороший! Ну иди сюда." - пилот слегка потянул штурвал на себя и, как только второй самолет оказался в перекрестье прицела, нажал на обе гашетки. Шквал огня из пушек и пулеметов буквально разорвал Мессершмит на мелкие кусочки. Ил для воздушного боя не годится, но если кто, по глупости, подставится под его арсенал, шансов не будет никаких. Вот и Котов своего не упустил. Не успел он порадоваться, как самолет уже ощутимо тряхануло и прямо перед его лицом прошла пуля, пробив фонарь кабины навылет - заходящая сбоку пара была явно результативнее. Не успел пилот прийти в себя, как двигатель обильно задымил и начал гореть. Котов понял, что на аэродром ему сегодня уже не попасть. Он остановил двигатель и крикнул в эфир:
- Я подбит, до наших не дотяну, буду садиться и пробиваться к линии фронта. Вася, ты ведешь группу на аэродром, осталось немного, держитесь.
- Есть. Ни пуха, Даня.
- К черту!

Прыгать с парашютом было без вариантов - высота такая, что раскрыться он не успеет. Самолет неумолимо летел к земле, а место для посадки было не лучшее - сплошные кусты и малорослые деревья, переходящие в полноценный лес. Но делать нечего, да и отсутствие выбора сильно упрощает выбор.
- Иосиф, приготовься, сейчас будем очень жестко садиться.
- Понял, командир.

Котов изо всех сил потянул штурвал на себя, чтобы хоть немного задрать нос самолета и уперся ногами в приборную панель - старики говорили, что только так можно не разбить об нее голову при жесткой посадке на брюхо. Самолет шел все ниже и ниже, срубая бронированным корпусом молодые березки. С ужасом пилот наблюдал, как лес становился все ближе и ближе. Стало ясно, что затормозить до него самолет никак не успеет. Тяжелая машина коснулась брюхом земли, но продолжала, перепахивая землю, со скрежетом ползти на деревья. Сильный удар, Котова бросило вперед и он погрузился в темноту.


Даниил посмотрел на внука - тот уже заснул. Мужчина выключил свет, тихо вышел из комнаты, закрыл дверь и подошел к открытому окну в гостинной. Вдохнув полной грудью ночной воздух, он посмотрел на улицу. Летчик любил стоять ночью у окна и размышлять о всяком. Что ни говори, но ночь - это волшебное время, когда про все думается совсем иначе, нежели днем. Более откровенно и глубоко. А может более эмоционально. Ночь срывает маски, которые все привыкли носить в обычной жизни, и обнажает душу, оставляя человека наедине с самим собой, но уже настоящим, а не таким, каким он сам про себя думает.

Вдоль Патриарших прудов шла влюбленная парочка и держалась за руки. Даниил смотрел на них и вспоминал, как он точно так же гулял тут со своей женой. Потом, как родился сын и он ходил вокруг пруда уже с ним. А потом их не стало. И сейчас на всем белом свете остался у него только один внук Петя. А еще любовь к небу, с которым он связал себя пол века назад, придя школьником в аэроклуб. Порой, по ночам, тоска накатывала на него и невыносимо хотелось вернуться назад и снова испытать те незабываемые ощущения полета и абсолютной свободы, когда паришь над землей, подобно птице. Даже риск гибели не мог испортить это чувство, которое он так давно не испытывал: в руках штурвал, а тяжелая машина несет тебя ввысь, чутко слушаясь любого приказа.

Все это было так давно, а вроде бы и вчера. Он подошел к полке, взял альбом с фронтовыми фотографиями, сел в кресло и открыл его на первой странице. На седеющего генерала-лейтенанта авиации Даниила Котова с фотографии смотрел молодой и улыбающийся младший лейтенант Даня Котов, с лихо надетой на бок пилоткой. В этот весенний день он окончил авиационное училище и знал, что вечером, с другими молодыми летчиками, будет отмечать столь важное событие, а уже завтра выдвинется на фронт, в штурмовой авиаполк. Впереди у него вся жизнь и он с радостным возбуждением ждал, какие сюрпризы она ему преподнесет. А, главное, он, наконец-то, сможет помочь своей стране в тяжелой войне и внести свой вклад в грядущую Победу. А в том, что она наступит и враг будет уничтожен, младший лейтенант даже не сомневался.
Tags: Писательское
Subscribe

  • Штурмовка. Глава 4: Тир.

    Наконец-то дописал четвертую главу книги. Как всегда, отзывы читателей очень интересны. Жду комментов! Пролог Глава 1: Первый день Глава 2:…

  • Дописал немного рассказ

    Господа, во время написания новой главы моего рассказа понял, что сперва надо дописать вторую и третью. Здесь стоят ссылки на уже дописанные и…

  • Штурмовка. Глава 3: В бой!

    Пролог Глава 1: Первый день Глава 2: Стрелок "Подъем!" - пронеслось по землянке. Котов открыл глаза и уставился на огонь в печурке. За ночь…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments

  • Штурмовка. Глава 4: Тир.

    Наконец-то дописал четвертую главу книги. Как всегда, отзывы читателей очень интересны. Жду комментов! Пролог Глава 1: Первый день Глава 2:…

  • Дописал немного рассказ

    Господа, во время написания новой главы моего рассказа понял, что сперва надо дописать вторую и третью. Здесь стоят ссылки на уже дописанные и…

  • Штурмовка. Глава 3: В бой!

    Пролог Глава 1: Первый день Глава 2: Стрелок "Подъем!" - пронеслось по землянке. Котов открыл глаза и уставился на огонь в печурке. За ночь…